Интервью с епископом Энтони Фишером

08. Февраль 2014

Культура, Интервью.

Интервью с епископом Энтони Фишером
В среду, 5 февраля, в день памяти св. Агаты, в нашем храме совершил Литургию епископ Парраматты (Австралия) Энтони Фишер ОР. Высокопоставленными гостями наш приход уже давно не удивишь, но впервые гость прибыл к нам из страны антиподов, где Рождество празднуют летом, а Пасха выпадает на осень. Его Преосвященство любезно согласился ответить нам на вопросы о своем служении, о жизни католиков в Австралии и о Доминиканском Ордене на южном континенте.


- Ваше преосвященство, для начала, несколько личных вопросов. Расскажите немного о себе: как Вы вступили в Доминиканский Орден, как стали епископом, какие важные события происходили в Вашей жизни?


- Я родился в 1960 году, у меня пятеро братьев и сестер, я учился в католической школе, а в университете изучал право, историю и философию. После окончания университета работал юристом, но очень недолго. Примерно с пятнадцати лет я начал задумываться о призвании к священству, а в университете начал посещать встречи молодежи из разных католических университетов Австралии. Там я познакомился с молодым человеком, словаком по происхождению, который собирался вступить в Доминиканский Орден. Когда я поделился с ним своими мыслями о священстве и о том, что, возможно, хочу стать иезуитом, он начал снабжать меня различными материалами о доминиканцах и о том, почему доминиканцы лучше.  Чем больше я читал, тем интереснее мне становилось. Потом, уже во время моей недолгой юридической практики, в ходе одной из поездок я познакомился с доминиканскими братьями. Ну что ж, попробую. В 1985 г. я вступил в Орден, формацию проходил в Мельбурне, а в 1991 г. был рукоположен во священники. После рукоположения меня направили в университет Оксфорда для написания диссертации по биоэтике. Вернувшись в Австралию, я преподавал биоэтику и моральное богословие в университете Мельбурна, а также занимался созданием в Австралии Института семьи  брака имени блаж. Иоанна Павла II, который проводит сессии в разных странах мира. В 2003 г. мою кандидатуру предложили на место ауксилиарного епископа Сиднея. В этом качестве я помогал кардиналу Джорджу Пеллу, епископу Сиднея. В 2008 г. я был главным ответственным за организацию Всемирного дня молодежи. Это было непростой задачей, ведь событие стало необычайно важным для нашей страны. В 2010 г. я был рукоположен во епископы Парраматты – так называется один из районов Сиднея и его пригороды. И вот уже четыре года я являюсь там епископом.


fisher2


- Вы проделали долгий путь из Парраматты в Санкт- Петербург. Почему Вы решили отправиться в это путешествие? Что Вы ожидали увидеть в России  и каковы Ваши первые впечатления?


- Я вступил в Орден, получил орденское облачение,  а затем принес монашеские обеты в праздник блаж. Фра Анжелико.  На меня произвели огромное впечатление его фрески, я читал лекции о нем и очень интересовался его творчеством. Я также знал, что одна из главных его работ находится в Эрмитаже, в Санкт-Петербурге. И я никогда ее не видел! Много лет я думал о том, что хочу побывать в Эрмитаже. Конечно, в этом музее есть и другие замечательные картины, не только Фра Анжелико. Это первая причина, по которой Санкт-Петербург привлекал меня. Конечно, есть еще культура этого города: архитектура, музыка, театр...


Мой исповедник и духовный наставник – в то время, когда я был студентом и молодым священником-доминиканцем – был католическим священником, родившимся в Австралии, но по происхождению русским и принадлежал  к византийскому обряду. Он очень любил Россию и часто рассказывал мне об этой стране. Он вел себя, как русский, выглядел, как русский, хотя родился в Австралии. Он совершал литургию для русских эмигрантов в северной Австралии на русском языке, то есть  на церковнославянском. И все эти истории о России, о русских, рассказанные старым священником, очень вдохновляли меня в первые годы моей доминиканской жизни. Он также рассказывал о небольшой католической общине латинского обряда в России, и о греко-католиках. Все эти небольшие эпизоды оставили след в моем сердце, и я думал, что если когда-то окажусь снова в Европе, то, возможно, попытаюсь приехать в Петербург. И вот я здесь!


- И каковы Ваши впечатления?


- О, очень холодно! Холодный город! Вы, наверное, чувствуете себя иначе, но когда я уезжал из Австралии, температура была 40 градусов тепла, а здесь – минус девять!  Перепад почти в пятьдесят градусов! Просто удивительно, как такое может происходить! Садишься в самолет, летишь на другой конец мира – и вот – другое время года. Санкт-Петербург – прекрасный город, его улицы, дома, архитектура, музыка произвели на меня огромное впечатление. Меня встречали очень тепло, Люди очень дружелюбные, и это поразительно: австралийцы привыкли думать, будто русские – загадочные, совершенно иные, нежели мы, и поэтому немного пугающие. Мы много слышим о преступности, о волнениях, о русской мафии, то есть получаем много негативной информации. Но куда бы мы ни пошли, люди относились к нам очень дружелюбно, пытались говорить по-английски, были готовы помочь.


Я очень рад, что могу встретиться здесь со своей доминиканской семьей. Братья из Польши, которые работают в моей епархии, настаивали на том, что я должен посетить общину в Петербурге. Я действительно встретил здесь братское гостеприимство! Как я уже сказал на проповеди во время Мессы – удивительно, как вера может объединять людей. Куда бы ни пошел католик, христианин, он всегда встретить братьев и сестер. Именно это я испытал в Петербурге.


Здесь много прекрасных церквей – знак богатой христианской истории города. Они выдержали годы гонений и государственного атеизма, и, насколько мне известно, в последние годы в России происходит возрождение духовной жизни.


- Расскажите, пожалуйста, о том, где Вы работаете, о Вашей епархии, о доминиканцах в Австралии, о доминиканской семье в Вашей епархии.


- Мой диоцез называется Парраматта – на языке австралийских аборигенов это значит «место, где водятся угри». Действительно, в устье реки, которая там протекает, много угрей. Это западные районы Сиднея, там есть горы, фермерские хозяйства, но в основном это предместья города. Епархия охватывает четверть Сиднея, районы с самым дешевым жильем, поэтому здесь селятся иммигранты и молодые семьи. В Парраматте можно встретить представителей любых народов мира. Здесь полно молодежи и молодых семей, которые только что начали самостоятельную жизнь. У них много энергии, много инициатив, и я очень рад, что причастен к этой стороне жизни Церкви в Австралии. Они и правда очень энергичные. В нашей епархии около девяноста молодежных служений и объединений. Есть также группы, объединенные по этнической принадлежности, и своими традициями они также обогащают жизнь епархии в целом. Все эти люди приносят в Церковь свои надежды, приводят детей – и в этом наша сила.


У нас есть и трудности, так как Австралия быстрыми темпами становится секулярзированным обществом. Когда папа Бенедикт XVI готовился приехать на Всемирный день молодежи в Сиднее, он сказал, что в Австралии секуляризация развивается быстрее всего в мире.  Мы очень удивились, потому что думали, что есть места и похуже. Но хорошо иногда получать подобные предупреждения: исторически Австралия – христианская страна. На континенте сейчас живут представители  различных религий и одновременно много неверующих – или, по крайней мере, людей, которые почти никогда не посещают церковь.


fisher


Доминиканцев в Австралии не так уж много, гораздо меньше, чем в Польше и в других странах Европы. Всего в четырех странах – в Австралии, Новой Зеландии, на Соломоновых островах и в Новой Гвинее живет около семидесяти братьев. Самый большой монастырь находится в Олбани – там расположен дом братьев-студентов. Всего в этой общине двадцать братьев, из них двенадцать – студенты. По австралийским меркам - очень здорово! Сейчас у доминиканцев призваний больше, чем в любом другом ордене на территории Австалии. В то же время, мы остается уязвимыми: много священников находятся уже в пожилом возрасте, и, по моим оценкам, вскоре число братьев в провинции сначала сократится до тридцати, а потом вновь начнет расти.


В Сиднее община братьев меньше: в центральной части города работают шесть или семь братьев. Это университетский район, там расположены три университета: старейший в Австралии университет Сиднея, католический университет, который называется Нотр-Дам, и еще один университет.  Наши братья активно участвуют в жизни университетов, преподают, работают со студентами, а также окормляют два прихода в Сиднее. На западе Сиднея, где работаю я, община чуть меньше: в ней двое польских доминиканцев -  сейчас их только двое, но вскоре будет четверо. Еще есть один пожилой брат из Венгрии, ну… и один епископ-австралиец. В Сиднее служат и сестры-доминканки, их около тридцати.


- А есть ли в Австралии домниканские монахини и светские общины?


- Нет, женских доминиканских монастырей в Австралии никогда не было, а вот светских доминиканских общин очень много. Думаю, всего в них состоит около тысячи мужчин и женщин. Многие из них – вьетнамцы по происхождению, потому что именно во Вьетнаме светские доминиканские общины очень сильны. Есть и собственно австралийские общины, но к ним принадлежат, в основном, пожилые люди. Одно из молодых и активных братств сформировалось в университетской среде в Сиднее, в университете Нотр-Дам.


Продолжение беседы с о. Энтони Фишером следует. Его Преосвященство расскажет о доминиканской проповеди, служении епископа и многих других интересных вещах.


Беседовал К. Буяк OP
Перевод А. Паламарчук
Фото Е. Мартынович