Святая Жанна д’Арк

30. Май 2013

Приход, Прихожане, Духовная жизнь, Месяцеслов. Автор: Михаил Медведев

Святая Жанна д’Арк


30 мая – память святой Жанны (Иоанны) д’Арк.


Война была Столетней – точнее перевести: «Вековой». Она пожирала жизни, изнашивала страны. Но однажды семнадцатилетняя девочка, побуждаемая волей Божьей, решилась изменить ход событий, приблизив мир – и она действительно сделала это. Через два года ей отомстили: объявили еретичкой и ведьмой, засудили, сожгли заживо. Мы все знаем ее имя и прозвания – Жанна д’Арк. Святая Иоанна, Орлеанская дева. Через четверть века после казни приговор признали несправедливым, а в 1920 году – чуть менее века назад – состоялась формальная канонизация Жанны.


Господь посылает помощь бедствующим, порой – укрепляя и утешая их самих, порой через посредство других людей, а иногда – прямо вторгаясь силой милосердия в «скудные пределы естества».


История Орлеанской девы – обо всем этом. Она напоминает нам героев священной истории – стойких отроков, идущих в халдейскую пещь, отважную избавительницу Юдифь (это последнее сравнение стало общим местом еще в XV веке). Но масштабы того происшествия, того чуда, которым стал подвиг Жанны д’Арк, выходят за пределы самой высокой личной добродетели. Ее житие, слишком сходное со сказкой, как будто не вполне вмещается в историю. Пользуясь теми же библейскими образами, мы можем уподобить Жанну, эту ободряющую и страдающую святую, тому неизъяснимому столпу – клубящемуся, как облака, днем и огненному ночью, в котором Бог, вопреки природным порядкам, сопровождал Свой народ у рубежей Египта (Исх 13,21).


     

Множество авторов пыталось примирить историю Жаннетты из Домреми с правдоподобием, со здравым смыслом. На страницах множества книг и статей она представала то принцессой инкогнито, то сумасшедшей, то (чаще всего) бессильной игрушкой в руках политиков, то (на совсем худой конец) политическим самородком, секулярным лидером. И каждый раз погоня за иллюзией достоверности уводила от исторических фактов – или спотыкалась о них.


Никакие исследования не позволили избавиться от неудобных, раздражающих образов, наполняющих привычные повествования о Жанне. Вот – удачливая выскочка-пророчица. Вот – военачальница, уверенно и успешно вмешивающаяся в неизвестное ей ремесло битв, «как если бы она была командиром, проведшим два или три десятка лет в боях». Вот – визионерка, чья жизнь немыслима без общения с мистическими голосами. Вот – мастер сурового красноречия, искусный в проповеди и отповеди. Эти амбициозные персонажи соединены в одном: в кроткой простолюдинке, слабой девушке-тинейджере, которой с переменным успехом помыкают то царедворцы, то ее собственные помощники. Все это, по-видимому, так и было.


Верила в добрых фей, но разговаривала между тем со святыми: действительно, такое не придумаешь нарочно.


Честнее многих других скептиков, обратившихся к истории Жанны, поступил насмешник и атеист Бернард Шоу. В своей пьесе «Святая Иоанна» он смирился с тем, что его героиня – святая, что дела ее – чудо. Художественная условность позволила Шоу допустить это – и далее он обратил свой пытливый и критический взор на окружающих Жанну людей, которые оказываются лицом к лицу с чудесами и по-разному не выдерживают испытание добром.


И действительно, история Жанны рассказывает не только о ней, но и о тех, кто был вокруг нее, о людях, подобных нам: об их доверии, надеждах, радостях, слабостях и предательствах.


Господь, сила Которого совершается в немощи «естественных причин» материального мира (ср. 2 Кор 12,9), вложил нам в память жесткие слова про род лукавый и прелюбодейный, ищущий знамения (Мф 12,39). Мы знаем, что само по себе наше существование есть великое чудо, и что в его повседневности нам посылается образ Божьего величия, достаточный, чтобы любить Его, чтить Его, следовать Ему. Едва ли не за каждым божественным вмешательством, открыто ломающим обычный ход вещей, мы видим и высоту, и бездну: не только величие и всемогущество Творца, но и провокацию человека, его упрямство во грехе, достигающее небес и требующее сверхъестественного ответа.


В древности всякое «посещение Божие» ужасало своей грандиозностью, мучило немыслимой несоразмерностью. Воплощение смягчило этот ужас; но именно в новозаветную эпоху чудо, как никогда прежде, связано – помимо радости и благоговения – со стыдом. Сколько зла надо было выплеснуть миру, чтобы Господь отозвался столь великолепным чудом, как св. Иоанна! Сколько бессердечия – чтобы св. Иоанне пришлось так жестоко пострадать. Сколько безнадежности – чтобы свидетельства о деяниях св. Иоанны не затерялись, а стали достоверной частью мировой истории. Даже после оправдательного и канонизационного процессов мы все еще остаемся частью жестокого мира, оклеветавшего, осудившего и казнившего св. Жанну; и сама она – с ее чистотой, самоотверженностью, откровенностью и доверием Господу – противостоит тому, что привычно для нас и что нас губит. Будем же с надеждой и доверием всматриваться в память о ней.


Молитва о заступничестве святой Иоанне д’Арк

О святая праведница и мученица Иоанна! Среди врагов, среди нападок, насмешек и сомнений ты была тверда в вере. Даже оставленная всеми, одинокая и лишенная друзей, ты была тверда в вере. Даже лицом к лицу с собственной смертью ты была тверда в вере. Молюсь о том, чтобы быть таким же отважным в моих убеждениях, как ты, о святая Иоанна! Прошу тебя быть со мной в моих собственных битвах. Помоги мне помнить о том, что, упорствуя в достойном, можно стяжать достойное. Помоги мне быть твердым в вере. Помоги мне верить в то, что я могу поступать верно и разумно. Аминь.


Текст: Михаил Медведев


Иллюстрации:

1. Cв. Иоанна на миниатюре 2-й половины XV века. Собрание Исторического центра Национального архива, Париж.
2. Единственный дошедший до нас прижизненный портрет св. Иоанны - набросок Клемана де Фокемберга, сделанный на полях регистра Парижского парламента (1429).